Извините, вычитать толком не получилось. Выкладываю как есть.
Кир ввалился в полуразрушенное здание. За руки с двух сторон его поддерживали Зара и Табарган. В голове все перемешалось, будто парень перебрал с алкоголем. Уже несколько часов он практически не видел и не слышал ничего вокруг, концентрируясь лишь на переставлении ног. Левая, правая, левая, правая, левая… Но сейчас, в сумеречной комнате, сознание проянилось. Может, потому, что повеяло прохладой, может, потому, что они достигли цели путешествия.
Трое мужчин, лет пятидесяти, сидели на полу, скрестив ноги. Кирилла поразили их абсолютно лысые головы и белые одежды, повязанные на манер тоги. Если приглядеться, то заметны удлиненные пальцы рук и ног, гладкая, без волосяного покрова и морщин кожа.
- Это псайхо, - шепнула Зара, хотя Кирилл и сам уже догадался.
- Это инд-варги, коренные жители планеты, - поправила Диана, выходя в центр комнаты из темного угла.
- Ди! Ты дошла! – воскликнула сестра, но та лишь холодно кивнула. Повисло неловкое молчание.
- Здравствуй, мальчик, который может быть в двух мирах одновременно, - произнес один из псайхо.
- Здрасьте, - ответил Кирилл, - я что-то неважно себя чувствую.
- У нас мало времени, а тебе нужно много информации. Присаживайся, - продолжил псайхо, игнорируя слова Кира.
Тот тяжело опустился на пол.
- Мы бы попросили сопровождающего мужчину выйти, - сказал второй псайхо, не меняя позы и не поворачивая головы.
Табарган пожал плечами, развернулся и бросил, проходя:
- Если что – я снаружи.
Как только дверь закрылась, псайхо произнес:
- Мальчик, живущий в двух мирах, прошу тебя не пугаться. Я не могу обещать, что все будет хорошо, как это принято делать у вас, но обещаю, что никто тебя не обидит. А сейчас пусть говорит полукровка.
- Диана, что тут происходит?! – воскликнула Зара, вконец напуганная произошедшим. Каким образом сестра так быстро добралась? Почему она сидит с псайхо? Как объяснить ее поведение? Все эти вопросы роились в голове, требуя немедленных ответов.
Кирилл, между тем, чувствовал себя все лучше и лучше. Способность ясно мыслить возвращалась, и парень понял, что причина этому совсем не прохлада. Вместе с сознанием возвращалась и жажда жизни и любопытство. Теперь уже и ему стало интересно узнать, что происходит.
- Начнем с того, что я не Диана. Я вообще не твоя сестра, - сказала Ди, и на глазах начала медленно трансформироваться. Девушка вытянулась, стала покрываться тончайшей чешуей, выпустила хвост и крылья. Когда изменения практически завершились, Кир узнал ее:
- Ая! Это моя Ая!
- Кто такая Ая? – прошептала Зара, не в силах отвести взгляд от той, ближе кого у нее не было тринадцать лет.
- Искусственный интеллект. Мы вместе путешествовали, я рассказывал.
- Не совсем, Кирилл, не совсем. Ая – это моя компьютерная матрица. А меня зовут Аасса Яйо.
Глаза Кира сузились, превратившись в щелочки – бойницы, и он процедил:
- Ты должна быть на своей планете, после того, как отец вытащил тебя.
- Вытащил. Это официальная версия. На самом деле, у него ничего не получилось. Когда твой отец вошел в карту снов - понял, что вытащить меня невозможно. Сознания мах-амма и человека слишком различны, чтобы находиться вместе. У нас был единственный выход: отправить меня в граничное, как для мах-амм, так и для людей место. Твои родители подготовили новую карту, но случилось непредвиденное. В состоянии шока я сделала Новый Путь, и мы оказались тут, на Форале. Никто до сих пор не понял: из нашей вселенной, из параллельной, из будущего или из прошлого эта планета. Или еще что. Только одно можно сказать с уверенностью: это место реально. Это не сон. Могу еще добавить, что ни на одной человеческой планете мы не одержали победу. Это то, что мне известно.
- И у людей нет ни одной колонии – пустыни, - подумал Кирилл. – Это то, что мне известно.
- Мы, мах-аммы и люди, - продолжила Аасса Яйо, - никогда не занимались вопросами сознания, в отличие от инд-варгов, поэтому не можем объяснить, что произошло при переходе. Сознание каждого из нас «размазалось» между мирами. Два тела – одно сознание. Твой отец и я умерли в том мире и стали цельными в этом. Твою мать решено было погрузить в состояние анабиоза тут, в надежде, что ей удастся выжить там. Через некоторое время твоему отцу удалось снять матрицу с меня и переправить ее на Тристан. К сожалению, связь с ней прервалась, но цель – доставить тебя сюда, она выполнила.
- Ты, ты, сволочь! Ты убила моего отца и заманила меня в ловушку! – взвился Кирилл. Он уже шагнул к ящерице, сжимая кулаки, как низкий голос заставил остановиться:
- Это был мой план.
Парень развернулся и замер.
- Отец…
- Я рад, что ты дошел.
Кир неуверенно сделал шаг и остановился. Незнакомый, но до боли знакомый высокий худой мужчина в штанах из мешковины и такой же рубахе чуть слышно вздохнул.
- Сейчас так модно, да? – спросил он, кивая на длинные волосы.
Кир машинально дотронулся до патл и кивнул.
- Как там Аня? – продолжил отец.
- Ма… мама… она… киборг, - выдохнул сын, - и зовут ее теперь Ан-Пи. Ты спасаешь всяких рептилий, соглашаясь ради нее пожертвовать мамой и мной, а я, как дурак повелся!
- Кирюх, успокойся! Дело не в Аассе, тут намного серьезней, - мужчина шагнул навстречу и положил руку на плечо сыну, но тот отстранился:
- Не трогай меня!
Парень не заметил, как один из псайхо поднялся.
- У мальчика больно сознание, - произнес он, прикладывая ладони к вискам Кирилла.
- Предлагаю отключить больную часть, чтобы она не заражала здоровую.
Кирилл почувствовал вкус железа во рту, и живот резануло от страха. Отключить? Убить?
- Не надо, это человеческие эмоции, - сказал отец, а потом, уже Киру:
- Они считают, что сильные эмоции – это болезнь разума, разрушающая сознание.
От гнева не осталось и следа, лишь чувство беспомощности поселилось в душе мальчика. И это обращение: Кирюха. Больше никто, кроме отца не называл его так.
Псайхо вернулся на место. Глаза у него улыбались.
- Пап, ты жив, - мальчик сделал шаг. Левой, правой.
- Кирюха, у нас очень мало времени. Слушай внимательно и запоминай. В этом мире ты умрешь, точнее, сам мир выплюнет тебя, но вернешься к жизни у себя дома. Я сделаю так, что ты будешь все помнить. Понимаешь, ради собственной жизни рисковать тобой я бы не стал ни за какие коврижки, но мы нашли нестабильность, расшатывающую наш Тристан. Нестабильность идет отсюда. Произошло это из-за нашего вмешательства или по другой причине – мне неизвестно. Но с каждым днем она разъедает родную землю. Как ты сейчас «размазан» по двум планетам, так и планеты «размазываются» по двум мирам. Такое ощущение, что «сознание» у планеты одно, а «тел» два: Тристан и Форал. И как неизвестно, какое тело умрет, а в какое вернется сознание у человека, так и неизвестно, какая планета погибнет, а какая останется жить. По предварительным расчетам, к сожалению, Форал перетягивает «сознание» на себя.
- Пап, то есть мы все погибнем?
- Нет, Кирилл, мы попытаемся спастись. Мы с псайхо разработали план, слушай и запоминай.
В этот момент дверь упала, и в проеме появился Даа-Сингх. Он каким-то образом потерял полукровку, но в Заброшенном городе вновь напал на след. Она должна быть тут.
Увиденное поразило мах-амма так, что он замер на целых две секунды, а потом склонил колени перед высочайшей. Она была восхитительно хороша, несмотря на то, что такие мысли непозволительно иметь обычному патрульному.